Поиск

Оружие бердыш – история создания

Введение бердышей в качестве штатного оружия

В описях вооружения посадских людей 1-й пол. 17 в. бердыши в значительном количестве упоминаются в западных городах (Псков, Смоленск), а в остальных стали распространённым явлением только во 2-й пол. 17 в. В описях вооружения стрельцов до 1650-х гг. значатся только пищали. Исключением является стрельцы судовой рати из указа 1613 г., когда они вместе с пищалями должны быть вооружены рогатинами (вооружение ратников судовой рати одновременно пищалями и рогатинами известно с конца 16 в.).

Документально бердыши у стрельцов (и одновременно у солдат и драгун) известны с самого конца 1650-х гг. Вначале их имели только часть состава полка, а через несколько лет в полках и приказах поголовно все солдаты и стрельцы стали вооружаться мушкетами и бердышами (причем одновременно у них были и полупики). Однозначные упоминания бердышей на вооружении стрельцов в записках и рисунках иностранцев встречаются только с 1660-х гг. – фактически синхронно с появлением их по документам. Изначально бердыши должны были заменять шпаги и сабли, но с 1670-х гг., когда экономическая ситуация улучшилась, зачастую одновременно был и бердыш, и клинок.

Т. е. стрельцы получали в качестве штатного оружия бердыши одновременно с солдатами, причём позже, чем у них появились шпаги (у московских стрельцов с начала 1650-х гг.) и полупики (с середины 1650-х гг.). Т. е. это была не дань традиции, а новое явление, пусть и основанное на определённом опыте. До этого одновременное вооружение пищалью и бердышом неизвестно (только ружьем и рогатиной или полупикой). По моему предположению это стало возможным благодаря использованию погонного ремня, позволяющего одновременно стрелять и носить бердыш за спиной. Такое простое вроде внедрение (на взгляд столь же очевидное, как и штык) и дало старому оружию новую роль. К сожалению, ни в видеолекции, ни в диссертации вопрос погонного ремня не рассмотрен.

В Польше пехота получила бердыши с погонными ремнями в 1670-х гг. («Мушкетеры вместо сабель должны иметь укрепленный на ремне бердыш… Польская пехота всегда устрашала турок, как с пиками, так и с бердышами, поскольку в рубке он мощнее коротких турецких сабель» – писал в те годы А. М. Фредро), хотя бердыши были известны давно и широко применялись. Разница чуть более чем в десятилетие показывает понятную картину достаточно быстрого заимствования простого, но эффективного нововведения.

Содержание:

Далеко не сразу отозвался о новых видеобеседах О. В. Двуреченского – пока их заметил, пока нашел время просмотреть и обдумать, пока написал отзыв.

В них много не только об оружии, но и о тактических, экономических и социальных составляющих. Поэтому моих замечаний и уточнений много. По русской пехоте 17 и отчасти 16 вв. написано не мало – работы О. А. Курбатова (из давних и доступных работ – «Войска полковой службы Новгород­ского разряда в 1656-58 гг.»), А. В. Малова («Московские выборные полки») и др. Названная в видеолекции работа Марголина о вооружение стрельцов не потеряла актуальность, но тогда следует читать и его «К вопросу организации и социальному составу стрелецкого войска в 17 в.».

Резюме

Бердыш известен с конца 16 в., но изначально это было преимущественно оружие ополченцев уездов Литовской Украйны, а стрельцы, если его и использовали, то только как оружие для вылазок, применяя в них также копья. Комплект пищаль+бердыш появился только в конце 1650-х гг. одновременно у стрельцов, солдат и драгун, а вскоре был перенят польской пехотой. Бердыши были не оружием «на всякий случай», «хоть чем бы отбиться», а имели вполне конкретное тактическое назначение. Стрельцы были пехотой восточноевропейского типа – аркебузиры, действующие в сражениях с опорой на полевые укрепления и специализирующиеся на их возведении. Солдатские полки были фактически такой же пехотой, но на новом, соответствующем времени, уровне подготовки и тактических приемов. Стрельцы не были консервативным войском, имеющим только семейное обучение, и не отставали от солдатских полков. Современники считали солдат и стрельцов равнозначной в боевом отношении пехотой.

История

Бердыши и кистень в Историческом музее г. Суздаля

Оружие похожей конструкции появилось в Европе довольно рано, и не позднее середины XIII века зафиксировано в миниатюрах рукописных книг. На Руси бердыши появляются в первой половине XV века, и употреблялись только пешими воинами, а позднее получают всеобщее распространение, как характерное оружие стрелецких войск и городской сторожевой охраны. Конными воинами вместо бердыша употреблялся короткий топор. На последний походит и топорок или балта. Бердышами вооружались посадские люди В 1667 году в Москве в помощь объезжим головам обязали всех обывателей (кроме духовенства) нести пожарно-сторожевую службу с оружием и заступать в обход в том числе с бердышами.

Крестьянам предписывалось на случай войны хранить оружие, среди которого были и бердыши. Полки нового строя нередко вооружали бердышами, поскольку людям это оружие было привычней. Полотна русских бердышей отличались разнообразной формой, менявшейся со временем. Ранние бердыши XVI века имели одно остриё на верхнем конце древка и топоровидное рубящее лезвие. Лезвие было относительно небольшим — 20—50 см. Позднее, в XVII веке, верхние концы начали часто отковывать в два более коротких острия. Увеличилась и длина лезвия до 60—80 см. Полотна церемониальных бердышей покрывали резным узором — или простые точки и схематические листья, или же в сложные рисунки с изображением единорогов, борющихся с драконами, различных химер и цветов. Это было оружие длиной до 170 сантиметров и весом около 3 килограмм. Для сравнения — вес стрелецких бердышей был около 1,5 кг.

С конца XV века бердыши применялись в Швеции. Имели хождение и в других странах. В Польше в качестве оружия пехоты они были введены в 1674 году и вскоре вытеснили сабли. В начале XVIII века они вышли из употребления.

Полупики, рогатки и сошки

В видеолекции сказано, что списы (пики), которые могли упоминаться в описях вооружения стрелецких приказов, использовали для сооружения рогаток, но не для рукопашного боя. Описи эти относятся ко 2-й пол. 17 в. (там же можно увидеть шпаги, гранаты, винтовки, кирасы, а также длинные, а не только эти, пики). Речь идёт о появившихся в конце 16 в. в Нидерландах полупиках (полусписах), шпрингштеках («трость для прыжков») или «шведских перьях». Также их могли воткнуть в землю перед строем для сооружения надолб (в государевом наказе 1660 г. это оружие у драгун так и называлось – надолбы с пики). Однако их могли в некоторых случаях широко использовать в качестве холодного оружия (о чём ниже). Следует заметить, что рогатки были хорошо известны в русском войске к середине 16 в. (это было замечено ещё у Марголина). Использование шведами полупик в качестве надолб принято сравнивать с использованием кольев английскими лучниками в 15 в. Можно даже предположить, что последние переняли их от османской пехоты (после Никопольской битвы 1396 г.). В русской крепостной фортификации использование надолб было давним и прочным явлением. Упоминание кольев для защиты боевых порядков относится ещё к Липицкой битве 1216 г. В Смуту русские широко применяли полевую фортификацию – редуты-«острожки», базой которого были надолбы (вопреки до сих пор распро­стра­нённому мнению, это не было перенято от шведов – сами шведы называли это особенностью русских союзников). Т. о., принятие используемых в полевой фортификации полупик было с одно стороны заимствованием западного новшества, с другой – продолжением своих традиций. И этот показательный пример не одинок.

В видеолекции упоминается, что ещё на гравюрах 17 в. изображались стрельцы, стреляющие с бердыша. На самом деле такого нет – это действительно придумка 19, если не 20 в. На рисунках 2-й пол. 17 стрельцы либо с бердышом и ружьем в руках, либо с бердышом за спиной. Кстати, шпрингштеки и шведские перья, как считается, использовали как сошку (форкет), но о подобном использовании их русской пехотой неизвестно (более того, в Смоленскую войну солдаты имели одновременно полупику и форкет).

Сравнение с именитыми заграничными пистолетами

Принято считать, что классикой в нише данного вида оружия считается Глок-17. Чем отличается от него «Бердыш»? Ради более полного представления об этой нише оружия, добавим сюда «Беретту-92».

Марка оружияГлок-17Беретта М92FSОЦ-27 «Бердыш»ОЦ-27
«Бердыш»
Патрон, тип9х19Para9х19Para9х19Para9х18 мм ПМ
Длина ствола, мм114125125125
Начальная скорость пули, м/сек375390380320
Вес пистолета, гр9059451,081,06
Габаритные размеры пистолета, мм186х138х33217х137х38200х143х35
Ёмкость магазина, шт17, 33151518

Стоит отметить, что в случае 9х19Para останавливающее действие пули будет примерно одинаковым, при использовании патрона 9х18 ПМ и ПММ несколько ниже.

Патрон 7,62 мм ТТ даёт начальную скорость в 425 м/сек, но останавливающее действие этой пули невелико, в отличие от её пробивающей способности.

Устройство

Гавейн, вооруженный бердышом, отрубает голову Зелёному рыцарю на пиру в Камелоте. Миниатюра рукописи романа «Сэр Гавейн и Зелёный Рыцарь». Конец XIV века.

Тупая часть клинка, предназначенная для насаживания на древко, как и у топоров, называется обухом, край, противоположный лезвию, — тупьём, а оттянутый книзу конец — косицей. Древко прикрепляется к железу посредством обуха, косицы, гвоздей-заклёпок и ремешков. Ратовище вгоняют в обух, прибивают гвоздями-заклёпками через скважины в обухе. Таких скважин обычно делалось от трёх до 7. Косица прикреплялась к древку двумя — тремя гвоздями и обматывалась в несколько рядов тонким ремешком или верёвкой. Иногда на каждом обороте ремешок прибивался гвоздями. На нижнем конце ратовища насаживался железный наконечник (подток) для упора бердыша в землю как при стрельбе из ружей (пищалей), так и во время парадного строя. Иногда в полотне бердыша делали множество маленьких отверстий, в которые иногда вставляли кольца. Бердыши конных стрельцов и драгун делались меньших размеров по сравнению с пехотными и имели по два железных кольца на древке для погонного ремня.

Бердыш на миниатюре из Псалтыри с часословом Гийю де Буалё сер. XIII в. Библиотека и музей Моргана

Солдатские полки нового строя

Создание солдатских полков как раз наглядно показывает специфику восточноевропейских войн (тут правильней говорить не о копировании системы вооружения и тактики, а о перенятии того из множества вариантов, что годилось для наших условий). В Смоленскую войну солдатские полки состояли из мушкетёров и пикинёров. Солдаты и драгуны имели полупики. После войны пикинеров уже не было, но в ряде полков солдат поголовно вооружали мушкетами и полупиками. Длинные пики (в комплекте с латами и шлемами) вновь появились перед новой войной с Речью Посполитой – в полках, созданных в 1653-54 гг. Пикинёрскому строю производили обучение, но о проценте пикинеров на 1654-55 гг. нет данных (известно только, что у одного полка, сдавшего оружие на склады, соотношение пик и мушкетов было 1 к 3, у другого – 1 к 4, у третьего – 1 к 15). Нет даже точной уверенности, что тогда были подразделения пикинеров. В любом случае, после этих кампаний специализированных пикинёров не было – в солдатских полках, а затем и в стрелецких приказах присутствовал комплект длинных пик, дополненные по возможности латами и шлемами, которые выдавались бойцам по обстоятельствам для решения специальных задач (штатного числа не было, но чаще порядка на четверть состава). Полки же были полностью мушкетёрскими, и обычно всем выдавали полупики.

Из своеобразия «новой пехоты» можно назвать использование драгун только как конной пехоты (для восточноевропейских войн драгуны были бы слишком неуклюжей кавалерией). Русские солдаты, насыщенные шанцевым инструментом, по отзывам современников отличались умением возводить полевую фортификацию. При этом использовали и вагенбург, причем в модерни­зи­рованном виде – телеги, набитые землей, т. е. фактически подвижные туры. По факту солдаты были традиционной стрелковой таборной пехотой, но модернизированной на новый уровень.

До сих пор принято противопоставлять стрелецкие приказы и солдатские полки. Но в тактическом отношении разницы не было. Московских стрельцов стали обучать солдатскому строю с 1639 г. Уже некоторые бывшие солдаты – ветераны Смоленской войны были зачислены в стрельцы. Затем практика взаимного перетекания солдат и стрельцов всё ширилась. В 1657 г. посол Чемоданов уже мог писать, что московские стрельцы – «солдатского строя». Постепенно на обучение солдатскому строю переводили и городовых стрельцов полковой службе. Но и без официального перевода в обучение «солдатскому строю» (когда для этого специально назначали солдатских полковников) стрельцы полковой службы не уступали по тактическим возможностям солдатам, а то и превос­ходили новосозданные солдатские полки – об этом прямо говорят источники (так, О. А. Курбатов в «Новгородском полку» приводит по этому проводу пример: в отчете воеводы Потемкина в 1656 г.

И это при том, что олонецкие солдаты уже имели опыт походов 1654-55 гг.). Даже без официального обучения солдатскому строю стрелецкие офицеры и их подчинённые могли разным способами перенимать новинки пехотного строя, особенно служа в одних группировках с солдатами. По факту мы нигде не видим противопоставление солдатского и стрелецкого строя – их объединяли в людей пехотного строя (и известны соответствующие тактические расчёты – «а надобно пехоты, стрелецких приказов или солдатских полков…»).

Техника применения

Бердыш в бою. Рис. из «Истории Сибирской» С. У. Ремезова. Кон. XVII в.

Русский пехотинец XVI века. Иллюстрация из книги Теодора Шимана «Столетие». 1886 г.

Приёмы работы бердышом, несмотря на различия в креплении лезвия к рукояти, были близки приёмам обращения с западноевропейским древковым оружием вроде фальшарды, глефы, кузы, алебарды или японскими нагинатой и нагамаки, но были более разнообразными. Он подходил для размашистых рубящих ударов, а также мог эффективно использоваться для защиты. Острая заточка позволяла наносить режущие удары. Основываясь на конструкции оружия, историки полагают, что оно могло использоваться и для нанесения колющих ударов острым концом. Согласно свидетельствам современников, бердыши, как массовое и недорогое оружие, широко применялись не только стрельцами, но и простым народом.

Применение и эффективность бердышей и полупик

Из приведённых свидетельств видно, что бердыши вместе с копьями были эффективным оружием при вылазках, как против пеших (особенно вооруженных только клинковым оружием), так и конных.

В дневнике обороны Чигирина в 1677 г. «августа в 7 де на розсвете из Верхнево и из Нижнего города полуголовы и сотники с стрелцами ходили на выласку к турским ближним шанцам, и в шанцы метали ручными гранаты, и турков из шанец выбили в середние шанцы, и многих турских людей копьи и списами перекололи». 9 августа «неприятелских людей из ближних шанцов ручными гранаты выбили, и кололи их копьями». И в целом по итоге осады «на выласках побивали копьями и списами». («А на выласках де турки бивались с ратными людьми ис пищалей, из яныченок да ис пистолей и копьями. А те пищали длинны, а пистоли короткие, а копья с одну сторону крюк, а ниже крюка на обе стороны подобием чекана длиною в три четверти аршина, а дерево сажени в полторы, а иные такие, что и руские»). В гарнизоне тогда, помимо казаков, преобладали стрельцы (из отчётов полуголовы московских стрельцов Лужина и приведены цитаты). И в данном случае речь идет как о длинных пиках, так и о полупиках – наглядное опровержение тезиса из видеолекции о том, что полупики использовались только для сооружения рогаток. Гордон, описывая успешную вылазку в этой осаде: «вылазка была проведена с ручными гранатами, бердышами (обычно их называют «полумесяцами») и полупиками», «они выступили, будучи вооружены бердышами и полупиками, — и столь решительно, что 24 турецких знамени, покинув траншеи и апроши, бежали к своим орудиям». Гордон в описании Чигиринской обороны 1678 г. также называл полупики эффективным оружием вылазок. («Сперва турки сопротивлялись, но, видя нашу решимость и превосходство в оружии (у нас были полупики, а у них только сабли»). Т. о. полусписы и бердыши были оружием тактической функциональности – для проведения вылазок. Из приведенных описаний видно, что главным в этих действиях считались полусписы (Лужин о бердышах вообще ничего не пишет) – можно предположить, что они были удобны для быстрых и коротких нападений (укол – отход).

В полевых сражениях полупики в качестве холодного оружия, судя по всему, не предполагали применять. Показателен государев наказ 1660 г., из которого следует, что когда дело доходило до рукопашной, то пехота действовала бердышами, а конница – саблей (хотя полупики тогда были в большом числе – те самые «надолбы с пики» из этого наказа). Преимущество бердышей над клинковым оружием пехоты противника, отмеченное в вышеприведенных источниках, должно было сказываться и в полевом сражении. В польской историографии отмечается, что в Венской битве 1683 г. бердыши польской пехоты давали преимущество, когда она зачищала пространство перед атакой кавалерии. Поляки отмечали заметный эффект от действия бердышами против конницы пешими казаками в сражении под Пилявцами в 1648 г. (в момент схватки на плотине) и русскими стрельцами в сражении на р. Полонке в 1660 г. (но стрельцов всё равно перебили). Хотя бердышами нельзя было остановить натиск конницы, но в укрепленных позициях это уже было не просто подспорье – укрепления не давали прорваться на конях, а бердыши давали преимущество перед клинками спешившихся противников.

Примечания

  1. Илл. 86. Огнестрельное оружие в XVII столетии, пищаль с топором и пистоли с топорками // Историческое описание одежды и вооружения российских войск, с рисунками, составленное по высочайшему повелению: в 30 т., в 60 кн. / Под ред. А. В. Висковатова. — Т. 1.
  2. Тихомирова Е. В., Мартынова Т. В. Золотой век русского оружейного искусства: царское оружие и конское убранство XVII века / сост. Е. В. Тихомирова, Т. В. Мартынова. — М.: Восхождение, 1993. — 176 с. — 30 000 экз. — ISBN 5-85846-030-5.
  3. Волковский Н. Л. // Детская военная энциклопедия / сост. Н. Л. Волковский. — СПб.: Олма-Пресс, Полигон, 2001. — Т. 1. — С. 262 —263. — 656 с. — 20 000 экз.
  4. Оружие // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
Поделитесь в социальных сетях:vKontakteFacebookTwitter
Напишите комментарий